В России оправдан главный акушер-гинеколог Калужской области

В декабре 2018 года в Калуге завершилось судебное следствие по одному из самых резонансных уголовных дел.

Неофициально его называли делом врачей, или делом Ругина, — по имени одного из обвиняемых, известного в Калужской области акушера-гинеколога, заслуженного врача РФ Александра ­РУГИНА.

Его, а также двух его коллег из Жуковской центральной районной больницы: заведующую акушерско-гинекологическим отделением Шелабию Халилову и врача-педиатра Татьяну Васильеву — обвиняли в убийстве 24-недельного младенца.

По мнению следствия, ребёнок умер, потому что врачи ЦРБ не оказали ему необходимой медицинской помощи. А сделали они это якобы по указанию Ругина, который консультировал коллег по телефону. На тот момент он являлся заместителем главврача областной больницы. Позже станет известно, что телефоны Александра Ругина прослушивались правоохранительными органами на предмет коррупции. Именно записи этих разговоров и стали причиной возбуждения уголовного дела против врачей.

Эта жуткая история началась 28 декабря 2015 года, когда в Жуковскую центральную районную больницу поступила пациентка И. ­с ак­тивными родовыми схватками на сроке беременности 24 недели. 

Примерно через 50 минут после приезда в ЦРБ у И. произошли преждевременные роды, в результате которых на свет появился младенец с экстремально низкой массой тела 640 граммов. Через некоторое время ребёнок скончался.

Медики, принимавшие роды, уверяют, что сделали всё возможное, чтобы спасти новорождённого. Однако Следственный комитет РФ и прокуратура РФ считали иначе. Свои выводы они сделали на основывании расшифровок телефонных разговоров между заведующей акушерско-гинекологическим отделением Халиловой и главным акушером-гинекологом области Ругиным. 

На сайте «Лента.ру» опубликованы расшифровки записей телефонных этих разговоров.

Первый разговор

28 декабря 2015 года в 10 часов 26 минут 00 секунд специальные технические средства полиции зафиксировали звонок, поступивший на служебный городской телефон главного акушера-гинеколога Калужской области. Слышны гудки, на фоне которых врач — акушер-гинеколог, заведующая отделением Жуковской центральной районной больницы 61-летняя Шалабия Умахановна Халилова произносит: «Почти полное открытие, 24 недели».

Далее гудки прекращаются. Начало разговора.

Ругин: Алло.

Халилова: Александр Иванович…

Ругин: Да, да.

Халилова: Здравствуйте. Это Шалабия Умахановна Халилова из роддома Жукова.

Ругин: Угу.

Халилова: Александр Иванович, у меня сейчас поступила женщина, 24-26 (поправляется) 25 недель. Почти полное открытие шейки матки.

Ругин: 24-25?

Халилова: Да, да. С ночи сидит со схватками, повторные роды. Первые роды в 2003 году, два аборта (вздыхает), кровянистые выделения. До Калуги не доедет. Что мне делать с ней?

Ругин: Как вы полагаете, что вам делать?

Халилова: Рожать? Да?

Ругин: Ну. Вам надо звонить в санавиацию, вызывать на себя и врача, и неонатолога, и прочие вещи. Либо, по уму, сделать из этого ребенка, извините меня, 21 неделю…

Халилова: (перебивает) Нет, 24-25.

Ругин: 24?

Халилова: Да.

Ругин: Вы знаете, доктор Халилова… Бумага — она не краснеет, либо его делать мертворожденным.

Халилова: Угу.

Ругин: То есть сразу унести и сказать, что родился просто мертвым.

Халилова: Угу.

Ругин: Потому что если вы дадите младенческую смертность, вас просто порвут.

Халилова: Понятно.

Ругин: Сегодня двадцать восьмое декабря, вы такой подарок области делаете. Вы понимаете это все, весь ужас положения? (Смеется) Поэтому либо определяете его как мертворожденного — то есть приняли, сразу же унесли, чтобы у женщины вопросов не было. И кричать, что у нее роды… Вот мы никогда таких слов не говорим вслух.

Халилова: Угу.

Ругин: Это только вы говорите.

Халилова: Ну, я сказала ей — выкидыш.

Ругин: Ну, выкидыш — не выкидыш... Посмотрите, какой он родится.

Халилова: Угу.

Ругин: Вот. Ну, самое главное, чтобы в другой комнате — в реанимации никто не слышал этих писков и визгов.

Халилова: Угу.

Ругин: Потому что он там рано или поздно…

Халилова: Ну да, понятно, прогноза никакого.

Ругин: А потом уже надо будет, если у вас это случится и сможете его оформить как мертворожденного, тогда звоните сюда, говорите о весе, ну и перезвоните мне, тогда что-нибудь подскажу — какой вес, что делать.

Халилова: Хорошо.

Ругин: Давайте.

Халилова: Хорошо. Ага, спасибо, Александр Иванович.

Короткие гудки, рассоединение. Продолжительность разговора составила 133 секунды.

Второй разговор

В тот же день в 12 часов 57 минут 08 секунд Халилова вновь позвонила Ругину на городской номер.

Ругин: Да, да.

Халилова: Александр Иванович, это Жуков опять.

Ругин: Ну и что у вас?

Халилова: В 12.25 родили 650 граммов, 30 сантиметров. Телепается сейчас, где-то 60 сердцебиение. Ну он там пытался там что-то (неразборчиво).

Ругин: (перебивает) Значит, оформляйте его как мертворожденного.

Халилова: Угу.

Ругин: Вот и все.

Халилова: Может, 600 написать или как?

Ругин: Нет, если вы оформите его как мертворожденного, то есть это будут преждевременные роды в 24 недели мертвым плодом. Только дышать ему не надо, мягко говоря.

Халилова: Нет, нет, мы не дышали. Он просто сам дыхательные движения делал.

Ругин: Ну, понятно, ну, будем… Отправляйте сюда, напишите, что родился без признаков жизни. Вот и все. Описывайте все, как полагается. А как фамилия ее?

Халилова: Иванова Ирина Ивановна (фамилия изменена — прим. «Ленты.ру»).

Ругин: Ну, отправляйте, пишите срок такой. Вот. Иванова. Сейчас надо будет позвонить Константину Викторовичу, попросить, чтобы они увидели мертворожденного.

Халилова: Угу, ну да.

Ругин: Ну, пишите, давайте, все.

Халилова: Нам еще… Сигнальную карту. Там что-нибудь надо?

Ругин: На мертворожденного будете оформлять. Да.

Халилова: Оформлять. Хорошо.

Ругин: И описывайте, что он полностью родился без признаков жизни. Как по взрослой истории.

Халилова: Угу, угу. Спасибо.

Продолжительность этого разговора составила 81 секунду.

Третий разговор

Спустя 53 минуты техника зафиксировала третий разговор: Ругин со своего мобильного позвонил на мобильный заведующему патолого-анатомическим отделением Калужской областной больницы Константину Растольцеву. Именно к нему на вскрытие поступают все мертворожденные, и он делает вывод о причинах и обстоятельствах смерти — если, конечно, нет признаков криминала.

Время: 13 часов 51 минуты 01 секунда.

Растольцев: Алло.

Ругин: Константин Викторович!

Растольцев: Да, да.

Ругин: Привет. Это Ругин.

Растольцев: Да, Александр Иванович.

Ругин: Как вы там живете-то?

Растольцев: Да потихонечку, готовимся к Новому году.

Ругин: (смеется.)

Растольцев: Ну, а что делать? (смеется).

Ругин: Ну правильно, а чего сделаешь-то? Слушай, у меня к тебе такой вот разговорище.

Растольцев: Ага.

Ругин: Сейчас звонили из Жуковского района.

Растольцев: Так.

Ругин: 24 недели.

Растольцев: Ага.

Ругин: Повторные роды там, уже с полным открытием…

Растольцев: Ага.

Ругин: Ну, они родили.

Растольцев: Понятно.

Ругин: Чтоб им пусто было.

Растольцев: Так.

Ругин: Где-то шестьсот с небольшим грамм…

Растольцев: Ага.

Ругин: Ну и где-то под тридцать сантиметров длина.

Растольцев: Ага.

Ругин: Ну что я им мог посоветовать в таком случае в конце года-то?

Растольцев: Ну, я-то знаю что.

Ругин: Сделать его мертворожденным.

Растольцев: Ну, понятно.

Ругин: Объяснил, чтобы никто ничего не слышал и не видел.

Растольцев: Ага, ага.

Ругин: Вроде они все сделали. Ну, там, конечно, единичные вздохи-охи были, конечно. Костя, я тебя очень прошу, если это возможно…

Растольцев: (перебивает) Ну они там оформили правильно все?

Ругин: Да, они будут оформлять как мертворождение.

Растольцев: Ну, пускай оформляют.

Ругин: 24 недели. Ладно?

Растольцев: Угу, угу.

Ругин: Жуковский район.

Растольцев: Да, записал.

Ругин: Там какая-то на «И». Иванова или Изварова какая-то.

Растольцев: Ага, понял, хорошо, ладно.

Ругин: Жуковский район.

Растольцев: Ладно, понял. Да все записал.

Ругин: Спасибо тебе большое от меня.

Растольцев: Не за что. Всего доброго.

Ругин: Благодарю.

Растольцев: Ага, всего доброго.

Ругин: Все, давай.

Растольцев: Ага. До свидания.

Продолжительность разговора — 91 секунда.

Четвертый разговор

Сразу после беседы с патологоанатомом Ругин сам набирает номер Халиловой, но та не берет трубку. И перезванивает в 14 часов 02 минуты 32 секунды.

Ругин: Да, да. Я вас слушаю.

Халилова: Александр Иванович. Это Жуков. Шалаби Умахановна. Вы мне звонили?

Ругин: Да, да, да. Смотрите. Вы должны в историю родов поставить либо интранатальную, либо антенатальную гибель плода. Вы же сюда историю пришлете же, наверное? Вы обязаны ее прислать.

Халилова: Угу.

Ругин: Потому что в диагнозе должно это звучать. И после родов описание отсутствия четырех признаков живорожденности. Ясно?

Халилова: Угу. Интранатальное, наверно, напишу. Да?

Ругин: Ну, можете написать интра…

Халилова: (перебивает) Потому что с двух схватки, а пришла она с еще бившимся сердцем.

Ругин: (перебивает). Это нестрашно. Интранатальное, слышали сердце — родился без сердца.

Халилова: Угу.

Ругин: Ничего здесь страшного нет. Обязательно.

Халилова: Угу.

Ругин: Я уже с патанатомами договорился по вашему случаю, чтобы это гасили как мертворожденного.

Халилова: Он уже все. Да.

Ругин: Ну, я знаю. Мне уже сказали. Я уже позвонил.

Халилова: Угу.

Ругин: Сделайте это, пожалуйста.

Халилова: У нас завтра машина едет. Мы завтра все…

Ругин: (перебивает) Вот! Но вы историю должны закончить. Ясно?

Халилова: Да, да.

Ругин: И это вынести на титульный лист.

Халилова: Ага.

Ругин: Интранатальная гибель плода.

Халилова: Угу, угу, хорошо.

Ругин: Никто вас ругать за 24 недели особо, конечно, не будет. За мертворождение. Ну что сделаешь, не оперировать же.

Халилова: Ну да.

Ругин: Это бесперспективно полностью.

Халилова: Да, конечно.

Ругин: До свидания, исправитесь.

Халилова: Спасибо, Александр Иванович, до свидания.

Ругин: До свидания.

Продолжительность разговора — 91 секунда.

Для справки: интранатальная смерть — это гибель в процессе родов. Антенатальная смерть — гибель до начала родов. Две эти группы смерти формально статистику не портят. Считается, что врачи в это время ничего с рождающимся человечком сделать не могут, не навредив матери. За это, как совершенно верно заметил главный акушер-гинеколог Калужской области Александр Ругин, никто сильно ругать не будет. Тем более что по должности именно главный акушер-гинеколог области проводит разбор летального исхода и решает, надо ли наказывать врачебную бригаду.

Уже на следующий день Следственное управление СКР по Калужской области в морге больницы изъяло тело умершей девочки. Прямо во время вскрытия — в тот момент, когда патанатомы извлекали органы, чтобы сделать заключение. 

«В медицинскую документацию патолого-анатомического отделения уже были внесены предварительные данные, которые указывали именно на смерть ребенка в процессе родов. Но следователи вместе с оперативниками уголовного розыска успели изъять и «биологические материалы. Судебно-медицинские эксперты позже установят: легкие девочки содержали раскрывшиеся альвеолы — то есть она после рождения начала самостоятельно дышать. Также эксперты дадут заключение: ее сердце билось после рождения и двигало кровь. То есть из четырех признаков живорожденности присутствовали минимум два. А по нормативным документам даже один из признаков — основание для реанимации. Врачи же, присутствовавшие при родах, даже не пытались спасти ребенка. Уголовный кодекс однозначно трактует это как убийство путем бездействия» — говорит майор юстиции Василий Сажко, следователь по особо важным делам СУ СКР по Калужской области. 

В ходе следствия правоохранители допрашивали, и не один раз, всех присутствовавших в родовом зале. И выяснили подробности. По инструкции в любом случае новорожденного сразу же после родов надо положить на стол, стоящий меньше чем в метре от матери. Стол обогревается специальной лампой, там происходит осмотр ребенка. Но 28 декабря девочку вынесли в соседнюю комнату, где было холодно, положили в кювез и там оставили медленно умирать. Матери сообщили о смерти ребенка после родов. 

— Формально акушерка только принимает роды, а родившимся ребенком заниматься должна врач-педиатр, в данном случае — доктор Татьяна Васильева. Именно она должна была бороться за жизнь девочки, но она этого даже не пыталась сделать, — продолжает майор Василий Сажко. — По нашему мнению, она выполнила указание заведующей отделением. Именно она ничего не сделала для реанимации девочки. 

Врачи на допросах неоднократно повторяли: ребенок родился мертвым. Но при этом никто не смог объяснить, почему спустя 25 минут после зафиксированного времени рождения Халилова в разговоре с Ругиным сказала в настоящем времени: «телепается сейчас», «сердце бьется, примерно 60 ударов в минуту», «ребенок дышит». Они объясняли это другим смыслом этих выражений. И только в 14:00, спустя 95 минут после зафиксированного времени родов, заведующая отделением сообщает главному акушеру области: «он уже все». 

По заключению комплексной судебно-медицинской экспертизы, девочка родилась живой: она самостоятельно дышала, и у нее обнаружены посмертные признаки сердечной деятельности. Эксперты говорят, что сердце билось минимум несколько минут. Хотя, исследовав все материалы, негласно говорили: девочка жила больше часа. Умерла она от внутричерепной гематомы и асфиксии. То есть если бы ребенка перевели на искусственную вентиляцию легких и согрели сразу после родов, она могла выжить. 

— При осмотре места происшествия в первые же сутки были обнаружены все необходимые аппараты для реанимации новорожденных — и специальный стол, и оксигенатор, и приборы для искусственной вентиляции легких, и все необходимые лекарства. Но на теле погибшей нет даже следов инъекций, — объясняет следователь по особо важным делам Сажко. — Хотя обвиняемые и их защитники на допросах говорили, что ничего необходимого не было, это в ходе следствия удалось опровергнуть. 

Вердикт суда. 

Бывший главный внештатный акушер-гинеколог Калужской области, заслуженный врач Российской Федерации 62-летний Александр Ругин полностью оправдан. По мнению суда, он пытался снизить показатели смертности в области, но не склонял к убийству. 

Врач-акушер-гинеколог, бывшая заведующая отделением жуковской центральной районной больницы 61-летняя Шалабия Халилова признана виновной в неоказании помощи больному, повлекшему по неосторожности смерть пациента, и приговорена к двум годам лишения свободы условно. Ей также запрещено заниматься медицинской деятельностью, связанной с принятием родов, на два года. 

Врач-педиатр Жуковской ЦРБ, отличник здравоохранения, депутат местного совета Депутатов города Жукова, 60-летняя Татьяна Васильева оправдана, по формулировке суда, в связи с тем, что ее вина не доказана. 

В заключении хочется отметить, что традиционно в России пациент находится в полной власти врача. В подтверждение моих слов – оправдательный приговор российского суда. Врачи могут творить все что угодно, т.к. они твердо уверены в своей безнаказанности. 

Лишь единичные случаи ошибок врачей доходят до судов, и ещё меньшее количество заканчивается наказанием врачей. Причинами такого положения вещей называются некая солидарность врачей, круговая порука в медицине, специфичность и необычайная сложность таких дел для следователя и судей, которые не могут оценить достоверность выводов экспертиз, а также склонность судов минимизировать вину врачей. Особенно если те трудятся в государственных учреждениях.
Каждый имеет право на жизнь, в доказательство - это видео, где экстремально неданошенную малышку выходили врачи.